Аналитика

Уход ОБСЕ с Кавказа как признак кризиса организации

«Россия всегда высоко ценила ОБСЕ как универсальную организацию, которая призвана обеспечивать неделимые стабильность и безопасность, - цитирует Тарабрина пресс-служба российского МИДа. - Твердо убеждены, что необходимо использовать потенциал ОБСЕ с учетом имеющихся в каждом отдельно взятом регионе военно-политических и государственно-правовых реалий». По словам дипломата, предотвращение и урегулирование региональных конфликтов должно осуществляться на основе универсальных принципов. «Неприемлема ситуация, когда суверенное государство, посредством внешнего давления принуждают отказаться от значительной части своей территории во имя восстановления какой-то односторонней справедливости, как в случае с Косово, и в то же время предпринимаются фронтальные попытки переподтвердить территориальную целостность государства-агрессора в рамках несуществующих больше границ», - подчеркнул Дмитрий Тарабрин.

В словах российского дипломата содержится недвусмысленный намек на ситуацию на Кавказе. Действительно, время показывает, что политика двойных стандартов на примере Косово и Южной Осетии затронула и уважаемые международные организации. Но даже если отвлечься от фактической поддержки ОБСЕ виртуальной территориальной целостности Грузии, на первый план выходит неэффективность организации в деле решения международных конфликтов. Иначе как можно объяснить вооруженный конфликт на территории, за которую отвечали сотрудники миссии ОБСЕ на Кавказе? И как вернуть доверие Цхинвала к гарантиям стабильности, которые в свое время дали международные миссионеры?

Власти Южной Осетии еще до августовских событий говорили о том, что миссия не всегда остается объективной, пытается самоустраниться от решения важных проблем. «На территории республики в нарушение договоренностей присутствуют грузинские вооруженные формирования, которые терроризируют население, а миссия ОБСЕ безмолвствует», - говорил президент Эдуард Кокойты еще в 2007 году. Как показало дальнейшее развитие событий, международные наблюдатели не сделали необходимых выводов, что в итоге и привело к человеческим жертвам.

Любопытно, что даже после августа-2008 в инертном менталитете многих стран-участниц ОБСЕ не произошло сдвигов. «А ведь важнейшей составляющей усилий институтов организации должно быть содействие укреплению доверия и налаживанию диалога между конфликтующими сторонами», - напоминает Дмитрий Тарабрин. Вместо этого в ОБСЕ предлагают решить сложную проблему на Кавказе созданием офиса организации в Грузии, будто Южной Осетии не существует на политической карте мира, а воля осетин - это нечто абстрактное и к делу не относящееся. При этом российские инициативы о создании двух представительств в Тбилиси и Цхинвале даже не рассматриваются. Интересная складывается ситуация - пойдя на принцип, ОБСЕ в итоге покидает Южный Кавказе. Чем не повод серьезно задуматься о реформировании организации?

В свое время глава МИД России Сергей Лавров говорил о том, что ОБСЕ нужно придать легитимность в качестве полноценной региональной организации с «четкими правилами, не допускающими манипуляций и злоупотреблений с чьей бы то ни было стороны». Очевидно, эти рекомендации актуальны для организации и сейчас. Но пойдет ли Запад на такие кардинальные шаги? Ведь менять придется очень много. Чего только стоит создание четкого устава и единых стандартов мониторинга.

По мнению некоторых политологов, ОБСЕ пока не готова на такой шаг, как и не готова к исполнению прямых обязанностей на Кавказе. «На данном этапе консенсус маловероятен», - цитирует «Росбалт» эксперта Центра кавказских исследований МГИМО Николая Силаева. - Я не уверен, что миссия ОБСЕ способна предотвратить инциденты на грузино-осетинской или грузино-абхазской границах. Там есть российские пограничники, внесшие свой вклад в то, чтобы инцидентов было меньше. Все остальное - это вопрос переговоров».

Что ж, Москва, тем не менее, остается открытой для сотрудничества с ОБСЕ и поиска компромисса. Но «двигаться по дороге с односторонним движением», как сказал Дмитрий Тарабрин, в России больше не хотят. «Мы верим, что наши аргументы будут в конечном итоге услышаны, - отметил дипломат, - и переговоры будут возобновлены в конструктивном ключе».