Аналитика

Тбилиси в поисках новой стратегии

Как заявил госминистр Грузии по реинтеграции Темур Якобашвили, несколько месяцев назад правительство начало работать над стратегией, затрагивающей отношение грузинских властей с населением территорий Абхазии и Южной Осетии, вопросов их образования, развития культуры и народной дипломатии. Обещано, что окончательный вариант стратегии будет готов к концу года. В обсуждение проекта стратегии Тбилиси, как сообщается, привлекает представителей стран Евросоюза и Совета Европы.

Судя по этой информации, эксперты, наконец, озаботились обсуждением насущных жизненных вопросов. Так, по словам главы «временной администрации Южной Осетии» Дмитрия Санакоева, передает «Росбалт», они наметят возможные шаги для сближения народов, проживающих в республиках для того, чтобы люди могли безопасно пересекать границу Грузии с Абхазией и Южной Осетией и экономически взаимодействовать. Но жизнь покажет: распространятся ли все эти благие заявления на конкретные дела. А вот в это-то пока верится с трудом.

Вполне ожидаемой назвал реакцию грузинского МИДа на только что прошедшие в Абхазии президентские выборы председатель комитета Госдумы по международным делам, член фракции «Единой России» Константин Косачев. Внешнеполитическое ведомство Грузии, по мнению российского депутата дало не оценку выборов, а лишь оценку ситуации грузинской стороной.

В интервью Regions.ru, политик с сожалением отметил тот факт, что «грузинские власти отказываются признавать новые реалии, которые сложились за последние два десятилетия на системном уровне и по итогам всем известных августовских событий прошлого года». «Но если бы, - убежден он, - правительство Грузии их признало, то, возможно, оно смогло бы сделать гораздо больше для своих граждан, многие из которых до сих пор считают себя беженцами из Абхазии, для грузин, которые продолжают оставаться в Южной Осетии и Абхазии».

По мнению депутата, сообщает Regions.ru, «в сложившейся ситуации грузинским властям надо концентрироваться не на каких-то геополитических соображениях, а на интересах людей, что, кстати, является прямой ответственностью любой власти», - считает Константин Косачев.

Схожей точки зрения придерживается и грузинский политолог Торнике Шарашенидзе. Он полагает, что разрабатываемая ныне новая стратегия должна преследовать цель восстановления «территориальной целостности» Грузии мягкой силой, без войны и насилия. Поэтому основной акцент Тбилиси должен делать «на поощрении и стимулировании экономических отношений и вообще взаимоотношений людей, проживающих в Абхазии и Южной Осетии», - заявляет он.

Такие настроения господствуют сегодня не только среди серьезных грузинских аналитиков, но и в политической среде. Одним из адептов такого подхода к решению нынешних проблем Грузии является лидер оппозиционной партии «Движение за справедливую Грузию» Зураб Ногаидели, который в настоящий момент как раз находится в Москве.

Как и большинство грузинских политиков, Ногаидели считает приоритетом для своей страны возвращение потерянных территорий - Абхазии и Южной Осетии. Однако сейчас, полагает оппозиционер, необходимо содействовать возвращению беженцев в родные дома. Для этого надо вернуть доверие людей - абхазов, осетин и грузин - друг к другу, реализовывать совместные экономические программы, а уж потом говорить о воссоединении территорий. И прежде всего необходимо без каких-либо предварительных условий начать диалог с Россией.

Здесь явно просматривается рациональное зерно - восстановление доверия между людьми. Ведь, собственно, Россия, признав независимость Абхазии и Южной Осетии, лишь пошла навстречу выбору, сделанному этими народами. Распорядятся они своей судьбой иначе - их право.

Ведь Южная Осетия и Абхазия входили только в состав Советской Грузии, но никогда не были частью ныне существующего независимого государства Грузия. Согласно советскому закону о выходе союзной республики из состава СССР от 1990 года, который служил юридическим обоснованием независимости советских республик, той же Грузии, автономные образования в пределах своих границ путем всенародного референдума решали, оставаться ли им в составе Советского Союза или России - его правопреемника, либо объявлять о своем независимом статусе.

Абхазия и Южная Осетия свой выбор сдалали. Это было их право. Этому, кстати, немало посодействовал и первый президент независимой Грузии Звиад Гамсахурдия с его лозунгом «Грузия для грузин». Признание же Россией Южной Осетии и Абхазии ускорила попытка Михаила Саакашвили «решить» вопрос о статусе Южной Осетии аналогично тому, как в 1995 году Хорватия «определила» статус Сербской Краины, изгнав мятежное население региона в ходе поддержанной США операции «Шторм».

Так рассуждает отнюдь не российский, а американский эксперт - бывший советник Белого дома, заместитель директора Американского института на Украине Джеймс Джатрас. Его анализ «проискам Москвы не припишешь».

С такими настроениями в мировом экспертном сообществе, конечно, можно и не считаться. Однако просто так не отмахнешься от «советов» американского патрона. Ведь он отнюдь не так либерален, каким был когда-то для Грузии охаянный теперь ныне там «старший брат».

Не исключено, что на мнения заокеанских стратегов повлияла объявленная «перезагрузка» между Москвой и Вашингтоном. Однако бросается в глаза то, что под словами помощника госсекретаря США по вопросам Европы и Евразии Филиппа Гордона могли бы подписаться и российские политики.

Выступая в нью-йоркском Совете по международным отношениям, передает ВЗГЛЯД, Гордон заявил, что Грузия должна стать стабильным, процветающим и привлекательным государством, таким, чтобы абхазы и югоосетины сами захотели быть в ее составе. Вот так - за океаном молодым кавказским республикам не отказали, наконец, в праве на собственные желания. Это уже шаг в нужном направлении. С ним Тбилиси придется считаться.

Тем не менее, благодушествовать по отношению к намерениям грузинских властей не стоит. В Тбилиси вновь набирает силу «партия войны». Свидетельств тому предостаточно. Помнится, американцы всячески отговаривали своего тбилисского протеже от военных акций. Но в итоге Михаил Николаевич все-таки устроил пагубный августовский «блицкриг» в Цхинвале.