Аналитика

Где эта улица, где этот дом, где… та Грузия?

«Я русский бы вырубил только за то, что им разговаривал Путин». Так перефразировали в Грузии строки Маяковского после августовских событий. Тогда Грузия решила не завозить лекарства из России, а заодно и продукты, и даже спиртное. Сейчас же вознамерились искоренить русские названия. Впрочем, на учреждениях, станциях метро и улицах давно - сразу после победы «революции роз» - исчезли соответствующие дубликаты грузинских наименований. «Великому и могучему» присвоен статус иностранного, и изучение его в школах и вузах теперь не обязательно. Ныне антироссийская волна накрыла политэлиту страны окончательно.

Свои чувства в отношении северного соседа она решила сорвать, в частности, как сказано выше, на собственных названиях улиц. Рассматривается вопрос о переименовании в столице Московского проспекта в Цхинвальский, Петербургскую улицу - в Ахалгорскую, а Пушкинский сквер в центре города - в Варшавский.

Может, конечно, власти страны увлеклись оккультизмом, будучи убежденными, что такое переименование магически поспособствует возвращению «в родные пенаты» столицы Южной Осетии и Ахалгоского района, ставшего ее военным трофеем.

Что касается Пушкина, то пока неизвестно, что будет с его бюстом в одноименном до последнего времени сквере, а также с пушкинским музеем, и заодно с Грибоедовским театром на площади Свободы. Ее, кстати, перекрестили задолго до «роз», упразднив прежнее название - площадь Ленина.

И это подтверждает, что Грузия вооружилась опытом борьбы с «непредсказуемым прошлым» отнюдь не сегодня.

Как и на всем постсоветском пространстве, в Тбилиси в начале 90-х с площадей и центральных магистралей убрали памятники вождям революции. А как бороться с каменными изваянииями бывших вождей и кумиров - у Грузии можно только поучиться. Так, памятник Серго Орджоникидзе волокли тягачом в неизвестном направлении по центральным улицам с диким лязгом и скрежетом. Причем этот акт был совершен по просьбе жителей элитного района столицы. Их покой целый месяц сотрясали «пьяные вопли» котов, сбегавшихся со всех окрестностей к памятнику «на валерьянку», которой его цинично облили неизвестные.

«Советские» названия улиц тоже ликвидировали. Правда, любой тбилисец без труда вам покажет, как пройти на Плеханова и будет долго ломать голову над тем, где находится та же самая улица, но «под псевдонимом» Агмашанебели. Хотелось бы надеяться, что до патриотического исступления прошлых лет в Тбилиси все-таки дело не дойдет. Так, идею тотальной борьбы со всем русским, вплоть до улиц и памятников, раскритиковали и грузинские СМИ, и представители власти. Министр культуры, ранее занимавшийся вопросами грузино-российских взаимоотношений в МИДе Григол Вашадзе выступил в защиту русских писателей. "Эти писатели - часть нашей культуры. Не будем отсекать ее от себя, потому что Грузия сыграла в российской культуре огромную роль. Абсолютно непонятно, почему мы должны от этой роли отказываться", - заявил он.

Кстати, попытка отомстить Кремлю, «наехав на историю», уже предпринималась и, надо отметить, потерпела неудачу. Друг и соратник Саакашвили Гига Бокерия, кстати, сын чемпионки мира по шахматам Наны Александрия, совершенно неожиданно для себя (вероятно, потому, что пропускал в школе уроки по истории) во время похорон первого президента Грузии Звиада Гамсахурдиа обнаружил в мтацминдском пантеоне могилу Александра Грибоедова и его супруги Нино Чавчавадзе. Он потребовал тут же перенести их прах на обычное кладбище. Претворить "оригинальную идею" в жизнь не дали возмущенные тбилисцы.

Также в штыки они встретили затею назвать трассу, ведущую в аэропорт, именем Буша, отнюдь не грузинского президента. Но здесь пришлось смириться с восточной угодливостью властей. И теперь всяк прилетевший и въезжающий в Тбилиси видит фамилию мистера Джорджа на домах, мелькающих за окном автомобиля или автобуса.

Выражать симпатии или неприязнь к персонам посредством переименования улиц стало у «младореформаторов» традицией. Набережную имени первого президента Грузии Звиада Гамсахурдиа, например, назвали в знак дружеских отношений с Азербайджаном именем Алиева. Раньше она носила имя Сталина.

К Иосифу Виссарионовичу Михаил Николаевич испытывает необъяснимые чувства, несмотря на то, что он родился в один день «с отцом всех народов» - 21 декабря. Совсем недавно Саакашвили заявил, что Сталин является врагом грузинского народа, и решил перенести его памятник из Гори в тбилисский музей советской оккупации, а в горийском доме-музее открыть уже другой музей российской оккупации. Это дело ближайшего будущего. Кстати, во время августовских событий памятник Сталину и его дом-музей оказались, пожалуй, единственными в городе, куда не направлялись пули и снаряды. И грузинские, и российские, и осетинские бойцы, вероятно, не захотели воевать с историей, пусть и с ее не самым светлым периодом. Оппозиция сразу же призвала Михаила Саакашвили оставить в покое памятник в Гори. Раз уж его и пули не берут.

Тбилисцы же, переключившись с проклятий в адрес российских военных, бомбивших их дома, на мат, адресованный родному правительству, допустившему войну, все чаще тоскуют по российским товарам, исчезнувшим с магазинных полок из-за русофобии, вызванной войной. Ныне сердечники вынуждены покупать контрабандный «Валокордин» и «Корвалол» почти за 2 доллара, что вчетверо выше прежней цены. Запрещен активированный уголь, просто незаменимый после хинкали и кебаби, и вместо него предлагаются дорогостоящие европейские аналоги.

Есть данные, что с прилавков исчезли сода и хлопья «Геркулес». Грузинскому министерству сельского хозяйства пришлось даже официально заявить, что запретов нет, а дефицит создан искусственно, из-за повышенного спроса. В конце концов, с российским происхождением «Геркулеса», конечно, погорячились, можно ведь было признать, что это еда английских лордов. А город Санкт-Петербург, между прочим, существует и в американском штате Флорида.

Ирина Пташковская