События

Убитые у селения Зар во имя безумной идеи

Раненые истекали кровью среди трупов убитых на Зарской дороге. Трое из выживших добрались до ближайшего села и рассказали о жестоком расстреле. «Чкара! (Быстро!)» - кричали те, кто с оружием в руках выскочил из-за насыпи вдоль дороги. Вадиму Пухаеву было чуть больше 20, он ехал в кузове одного из грузовиков с беженцами. Когда началась стрельба, он выбрался наружу. Вот его свидетельства: «Когда все стихло, я обратно полез в кузов машины за своим братом, но никто голоса не подавал. Я сперва подумал, что кроме меня в кузове все убиты, но когда приподнял брата, он застонал, он был весь в крови. Весь кузов машины тоже был в крови. Я вытащил из машины моего брата и лишь тогда заметил, что у него простреляно плечо. После этого из кузова выскочил раненый, весь в крови Чибиров Тамик, который, наверно, находился в шоковом состоянии. Крича, что нас убили, убежал в лес, оставив в машине жену и детей. Через некоторое время я помог выбраться из кузова еще одной женщине с раненой рукой и еще одной девушке лет 20. Двигавшаяся за нами автомашина ВАЗ - 2121 белого цвета тоже стояла недалеко от нашей машины. В этой машине сидело 4 человека. Кроме одного, Цховребова Сурена, все были убиты».

Четырехлетнего Астемира Малкалова от смерти спасла мама, укрыв своим телом. Мальчик был ранен лишь в ноги и выжил. Перед глазами малыша долго стояло страшная картина: «у мамы из живота шла кровь». И тогда, и 15 лет спустя он все еще не мог понять, в чем была вина лично его и его матери. «Что я сделал грузинскому народу? За что погиб одиннадцатилетний Батрадз Кабисов? За что отдала свою жизнь моя мама? Неужели наша вина только в том, что мы были просто осетины?», - вопрошал он на открытии памятника жертвам геноцида осетинского народа на месте Зарской трагедии.

Через месяц после расстрела беженцев, 24 июня 1992 в Дагомысе тогдашние руководители России, Грузии и Северной Осетии - Борис Ельцин, Эдуард Шеварднадзе, Ахсарбек Галазов, а также глава непризнанной республики Южная Осетия Торез Кулумбегов подписали соглашение о прекращении грузино-осетинского вооруженного конфликта. Подготовка к перемирию велась задолго до этого, и диверсия на Зарской дороге могла быть спланированной - с целью сорвать подписание документа. Но осетины не испугались. Напротив. 29 мая 1992 года в Цхинвали был принят Акт о независимости.

Грузинское руководство сделало вид, что расследовало инцидент на Зарской дороге. Как пояснил спустя 16 лет после трагедии «Времени новостей» бывший грузинский премьер Тенгиз Сигуа, минобороны и МВД Грузии категорически отрицали свою вину. «Но там было много партизанских группировок, и я не исключаю, что это могли сделать они», - предположил Сигуа. По его словам, после завершения конфликта Шеварднадзе извинился перед осетинами за трагедию. Однако в Южной Осетии обращают внимание на то, что официально действия преступников так и не были осуждены Тбилиси. И сами нападавшие не понесли заслуженного наказания. Министерству внутренних дел РЮО их имена известны. По сведениям экс-главы ведомства Михаила Миндзаева, к 2006 году «по странному стечению обстоятельств, все преступники, значившиеся в списке подозреваемых по Зарском делу, погибли, за исключением того, который живет в Тбилиси». Не обнародовав имен, Миндзаев сообщил осетинским журналистам, что почти все нападавшие были жителями грузинского села Кехви.

Самое страшное в Зарской трагедии заключается в том, что она вполне укладывалась в идеологию, которую пропагандировал первый президент Грузии Звиад Гамсахурдия. Коренная нация страны, заявил он в интервью «Советской России» 28 ноября 1990 года, «терпит дискриминацию, преследования, притеснения почти во всех регионах». И он чувствовал себя призванным исправить это ценой ущемления прав нетитульных этносов Грузии.

В феврале 1991 года в интервью итальянской газете «Стампа» он откровенно рассказал о своих планах по изгнанию осетин. «В XIX веке в Цхинвали не было не одного осетина. Этот район был совершенно свободен от этих людей», - пытался он ввести в заблуждения итальянца, который оторопело спросил: «Так, значит, вы считаете, что они должны уйти?». «Это очевидно. Другого выхода нет. Или же сидеть спокойно, не причиняя никому хлопот», - последовал ответ. Абхазам он тоже предлагал подвинуться: «Абхазцы - коренное население. Конечно, и им Советская власть подарила чрезмерно большую территорию. Они могут остаться, но на меньшей, чем сейчас, территории». Слова Гамсахурдия воплощал в жизнь. Как вспоминает Тенгиз Сигуа, «в какой-то момент по предприятиям прошло распоряжение увольнять всех осетин». «Ко мне, как к премьеру, пришли несколько директоров крупных заводов, они этим очень были озабочены. Я сказал, что нельзя допускать таких увольнений. Ультранационализм губителен, современная либеральная демократия такого не простит. Но волна пошла. Например, из двух сел Боржомского района выселили всех осетин», - свидетельствует бывший высокопоставленный грузин.

Прошли почти два десятилетия, а идея превосходства грузин над другими этносами страны по сей день витает в обществе. Желание растоптать осетинское самосознание воплотилось в безумном походе на Цхинвал в августе прошлого года. Как это не печально, Зарская трагедия ничему не научила грузин. Им по-прежнему нужны земли и не нужны люди.

Тенгиз Сигуа полагает, что Эдуард Шеварнадзе упустил лучший момент для переговоров о статусе Южной Осетии, когда усилиями «народной дипломатии» отношения между жителями по обе стороны тогда еще административной границы начали налаживаться. Когда пришел Михаил Саакашвили, осетины уже были несогласны ни на какую степень автономии - только на полную независимость. Они, в отличие от грузин, вынесли урок из Зарской трагедии всех дальнейших фактов геноцида своего народа. «Залогом не повторения таких актов в будущем может быть только всемерное дистанцирование от враждебного по отношению к осетинам грузинского квазигосудасртва, покрывающего убийц невинных», - в очередную годовщину трагедии заявил ИА «Рес» преподаватель местного госуниверситета Геннадий Кокоев.

Сегодня в Южной Осетии - Всенародный день траура. На центральной площади столицы пройдет митинг памяти. Люди зажгут 117 свечей, которые будут символизировать 117 разрушенных и сожженных в 92 году осетинских сел. Возле памятника невинно убиенным на Зарской дороге прошел еще один траурный митинг. В школах республики - уроки памяти. В храме Пресвятой Богородицы в Цхинвале - молебен по всем невинно убиенным.

В этот день президент Южной Осетии Эдуард Кокойты поблагодарил Россию за спасение народа от полного уничтожения в августе прошлого года.