События

Иран под турецким прицелом

Соединенные Штаты все-таки договорились с Турцией о размещении на территории этой страны элементов системы противоракетной обороны. В городе Малатья введена в эксплуатацию радиолокационная станция раннего оповещения TPY-2.

Переговоры между Анкарой и Вашингтоном о базировании американских радаров никак нельзя назвать простыми. С самого начала турецкая сторона поставила условие: США не будут передавать Израилю информацию, собранную радиолокационной станцией. Кроме того, Турция настаивала на полном контроле над системой ПРО, расположенной на своей территории.

На чем в итоге сошлись стороны, неизвестно. Но, судя по всему, Анкара осталась явно не в выигрыше. Если верить одним источникам, радиолокационная станция будет управляться из оперативного центра в Германии. При этом данные, получаемые радаром, будут доводиться до турецких властей. Согласно другой версии, у Турции нет специалистов по обслуживанию станции, и заниматься сбором и обработкой всей поступающей информации будут военнослужащие США. А это фактически означает размещение еще одной американской базы на просторах Старого Света.

Понимая всю сложность ситуации с Ираном, Анкара попыталась успокоить своих соседей. Турецкие власти пояснили, что радар не будет нацелен на конкретные страны. Но тут в дело вмешался Пентагон. В американском военном ведомстве без обиняков заявили: РЛС размещается в Турции именно в контексте обеспокоенности Вашингтона ракетной программой Ирана. Уже известно, что радар будет действовать в связке с кораблями ВМС США.

Москва и Тегеран отреагировали на решение Анкары скептически. В российском внешнеполитическом ведомстве отметили, что размещение систем ПРО в Турции лишь подтверждает обоснованность тех мер, о которых говорил президент РФ Дмитрий Медведев. "Считаем, что создание стратегической системы ПРО, ведущееся без учета законных интересов других стран, может нанести ущерб международной безопасности и стратегической стабильности в Европе и в мире в целом", - уверены на Смоленской площади.

Некоторые иранские политики полагают, что американский радар, размещенный в Турции, бесполезен для любой мусульманской страны. "Мы уверены в наших турецких друзьях", - сказал спикер парламента Ирана Али Лариджани.

Корреспондент GTimes связался с ведущими российскими военными экспертами и журналистами и попросил их оценить появление радара в Малатье.

Игорь Коротченко, член Общественного совета при Министерстве обороны, главный редактор журнала "Национальная оборона": Применительно к России мы рассматриваем это как недружественный жест, потому что ЕвроПРО, по оценкам российских военных, с 2017 года начнет реально угрожать нашим возможностям в области стратегического ядерного сдерживания. Думаю, что и применительно к Ирану турецкий радар будет заниматься фиксированием пусков ракет и соответствующим образом выдавать целеуказание на системы ПРО. Поэтому в целом, безусловно, Турция совершила достаточно опасный жест, согласившись на размещение системы противоракетной обороны.

Александр Храмчихин, заместитель директора Института политического и военного анализа: Сам по себе радар не может угрожать безопасности. Это не оружие. Но размещение этой системы означает приближение к границам Ирана, против которого ПРО официально и направлена.

Анатолий Цыганок, руководитель Центра военного прогнозирования: Не думаю, что это представляет собой какую-то угрозу. Турция - член НАТО, но отношения с Соединенными Штатами у нее сложные.

Сергей Балмасов, международный обозреватель "Правда.Ру": Разумеется, это угроза нацбезопасности как России, так и Ирана. Нанести удар они, конечно же, не смогут, но радар в Турции - это элемент слежения, который будет фиксировать ракетные пуски. Возможно, это только начало, и в перспективе на территории этой страны появятся какие-то другие элементы системы ПРО.

Можно ли говорить о том, что Анкара приняла условия Вашингтона по предоставлению информации Израилю и лишь частичном контроле станции? Или требования турецкой стороны просто поменялись?

Игорь Коротченко: Радар в Турции - это один из элементов системы с точки зрения ее информационных ресурсов. У американцев достаточно и других каналов контроля за опасными направлениями. С формальной точки зрения, даже дав какие-то гарантии Турции, на самом деле никто не может с уверенностью сказать, выполняет Вашингтон взятые на себя обязательства или нет. Главное, что турки получили формальное удовлетворение от своих требований. Видимо, это их вполне устроило.

Александр Храмчихин: Этого мы сказать безусловно никак не можем. И то, и другое вполне вероятно. Хотя я бы сказал, что Вашингтон, должно быть, предложил какие-то другие условия.

Анатолий Цыганок: Скорее всего, первоначальные условия турков Вашингтон принял, поэтому Израиль не будет получать информацию с радара.

Сергей Балмасов: Полагаю, американцы все же будут поставлять данные с радара Израилю. Хотя теперь и Турция получила на руки козырь. Во-первых, Анкара будет располагать показаниями РЛС, а во-вторых, получив станцию, повысился статус страны.

В ходе американо-турецких переговоров речь шла о возможном размещении радаров в Грузии. Возможно ли появление систем ПРО в этой республике сейчас?

Игорь Коротченко: Мы не можем с уверенностью сказать, какой будет военно-техническая политика США в отношении Грузии, потому что Саакашвили готов на любые авантюры. Грубо говоря, все, чего захочет Вашингтон, он сделает. Так что если там решат разместить радар, то он появится. Другое дело, что рельеф Грузии не подходит для размещения каких-либо радарных установок. И с точки зрения участия в ЕвроПРО максимум, на что может рассчитывать Саакашвили - это базирование стартовых позиций противоракет на грузинской территории. Но тем самым автоматически будет дан и российский адекватный ответ по парированию этой угрозы путем нацеливания на данные позиции оперативно-тактических ракетных комплексов, которые находятся в регионе.

Александр Храмчихин: Думаю, Грузия никогда всерьез не рассматривалась американцами в качестве плацдарма для размещения системы ЕвроПРО.

Анатолий Цыганок: Вряд ли. Тут очень много проблем. Тем более что у России есть все возможности, чтобы подавить сигналы с возможной радиолокационной станции на территории Грузии.

Сергей Балмасов: Для Вашингтона это возможность базирования дополняющего компонента система. А для Грузии это, конечно же, выгодно: дополнительный военный объект, дополнительные деньги, ну и значимость.

Последуют ли вслед за решением Анкары ответные шаги со стороны России и Ирана?

Игорь Коротченко: Мы не знаем, как будет реагировать Иран, нас это меньше всего волнует. Применительно к России президент Медведев озвучил, что на юге страны будет размещена бригада комплексов "Искандер", которые возьмут под прицел радар ЕвроПРО в Турции. Таким образом, Россия начнет реагирование уже автоматически.

Александр Храмчихин: Москва, мне кажется, тут вообще ни причем. Что же касается ответного шага со стороны Тегерана, то тут возможно только физическое уничтожение радара. Это, естественно, будет означать войну.

Анатолий Цыганок: С Тегераном вопрос серьезный. Мы постоянно говорим о том, что не поддерживаем санкции против Ирана, так что, думаю, статус-кво пока сохранится.

Сергей Балмасов: Каких-то конкретных шагов, скорее всего, не последует. Иран продолжит делать ставку на ракеты малой и средней дальности. А Россия, как мне кажется, ответит размещением тех же "Искандеров".