События

Азербайджанские «Записки сумасшедшего»

Вчера на сцене азербайджанского экспериментального театра Yuğ ( Йух) состоялась премьера моно-спектакля «Записки сумасшедшего» по одноименному произведению Н.В. Гоголя. Спектакль был поставлен на турецком языке азербайджанским режиссером Эльвином Адыгезалом, который сам же и сыграл главную и единственную роль.

Небольшая импровизированная сцена с мышиного цвета ковровым покрытием, разбросанные клочки бумаги - записки того самого Сумасшедшего, отрывки и обрывки писем и зрители, сидящие полукругом на одном со сценой уровне - все это позволяло чувствовать себя здесь и сейчас, без остатка в прошлом или будущем. Меня все время преследовало ощущение присутствия на сеансе групповой психотерапии. И пока актер лежал в застывшей позе на стремянке, тишина была наполнена неуверенностью каждого из зрителей-участников. И вдруг один из нас, самый смелый, самый свободный, решился первым откровенно и честно выложить содержимое всей своей истерзанной души, не боясь насмешек и не ища сочувствия.

В этом смысле актер был абсолютно самодостаточен, почти как Онан. Казалось, когда он закончит свою исповедь, надо будет говорить кому-то другому, и в течение спектакля я в лихорадочном ожидании оглядывалась на зрителей, пытаясь увидеть и понять, кто сможет оказаться таким же смелым в своей искренности, равносильной обнаженности.

С самого начала было интересно, почему режиссер, выбрав русского классика, отдал предпочтение не языку оригинала, не азербайджанскому, а именно турецкому переводу. Оказалось, что никакой особой подоплеки нет. Просто решили, что формат постановки будет именно таким: русский автор, турецкий язык и азербайджанская сцена. Пожалуй, лучший пример, когда искусство объединяет. И хотя для азербайджанца, особенно русскоязычного, уловить все тонкости турецкого языка непросто, знание самого произведения приходило на помощь.

Один вопрос так и остался для меня открытым. Кто получил больше удовольствия от спектакля? Те, кто хорошо знает Гоголя, у кого свое представления Поприщина, или те, кто вовсе с ним не знаком? Не могу не отметить, что только незнание произведения дает возможность чистого, первобытного восприятия вещи. Только энергетика, только флюиды и никаких несостыковок, никаких мелких казусов, никакого обмана такой зритель не заметит. В этом смысле из всех присутствующих на премьере самыми искренними, пожалуй, были представители посольства Турции. На мой взгляд, рядовой турецкий госслужащий, мелкий чиновник даже сегодняшней Турции намного ближе к гоголевскому маленькому человеку, чем россиянин или азербайджанец. Он годами в одном и том же учреждении занимается одной и той же монотонной нудной работой. Он безропотно, без всякой жалобы принимает свою участь, но в нем, в отличие от персонажей Гоголя, не случаются бунты, надрывы, буйное и трагичное сумасшествие. Почему? Может, потому, что его положение стабильнее. Может, потому, что он мусульманин. Турецкие зрители наверняка признали в герое обычного мелкого служащего своей страны.

Что касается другого зрителя, того, который знает Гоголя и его «Записки сумасшедшего», он более критичен, более требователен, взыскателен. Для него важна каждая деталь, каждый взгляд, он хочет уловить моменты просветления разума, увидеть героя тогда, когда в ясном сознании тот видит и понимает свое положение, а потом медленно погружается в вязкий мир шизофрении, как постепенно удлиняются периоды приступов, сокращая, проглатывая моменты нежеланной, нелюбимой действительности. И в этом смысле взыскательный зритель остается разочарованным, растерянным, голодным. Так ему и надо!

Пытаясь найти ответы на некоторые вопросы, корреспондент GTimes поговорила с автором и исполнителем спектакля «Записки сумасшедшего» Эльвином Адыгезалом.

- У Гоголя Поприщин постепенно, день за днем погружается в свой мир, а ваш герой уже изначально болен. Почему?

-Я просто решил уйти от хронологии событий. Становится понятно, что он когда-то в здоровом прошлом работал, что был безответно влюблен. Понятно же, что сумасшедшими не рождаются.

- Ну с этим утверждением я могу поспорить, но дело не в этом. В Гоголе нам интересно именно это поступательное развитие, мелкие изменения, мы внимательно следим, как он записывает число и месяц, и когда видим месяц мартобрь, например, мы понимаем, что болезнь прогрессирует.

- Да, но это ваше личное восприятие.

- Скажите, почему вы выбрали для постановки именно эту вещь?

- Гоголем я заинтересовался несколько лет назад, сначала произведения прочел, потом биографию. Меня привлек его маленький человек. Как режиссера, меня всегда интересовал именно он. Посмотрите, вокруг их так много. Вы их не замечаете, а они везде. Вот один чистит бассейн, вот другой на фонаре меняет лампочку.

- Чтобы правдоподобно описать сумасшествие, Гоголю потребовалось «только представить себе...». А вам для того, чтобы правдоподобно сыграть, через что пришлось пройти?

- Наверное, мне помогли наблюдательность, заметки, вникание в суть.

- «Записки сумасшедшего» - это ведь не только и не столько описание психического состояния человека, это сатира, и довольна острая, которая разоблачает все недостатки общественных отношений эксплуататоров и эксплуатируемых. Шизофреник Поприщин нужен был Гоголю, чтобы его устами говорить правду, раскрывая подлинный характер отношений, основанных на могуществе должности и капитала. Чем не сегодняшний день? Чем не сегодняшний Азербайджан? Ведь вы же не действовали в отрыве от времени и места?

- Я никогда не боялся говорить правду.

- И все-таки для вас «уход от действительности» - это тотальное поражение маленького человека, или наоборот, это триумф человека, который не захотел принимать реальность, потому создал свой мир?

- Думаю, ни то, ни другое. Он где-то посередине, между поражением и триумфом. Он понимает, принимает, но страдает. Прав по-своему, как и все мы.

- Ваш Поприщин находит покой?

- Да.

Мы все в сегодняшнем мире привыкли быть или победителями, или неудачниками, делить все и всех на кроликов и удавов и на уровне отдельной личности и в масштабе государства. Сильные поедают слабых. Все, как в мире животных. Только в отличие от них, нам обязательно нужно точное и конкретное определение себя и других. Веками мы самоопределяемся, самоутверждаемся, самоидентифицируемся и становимся дальше друг от друга. Богатый от бедного, араб от еврея, осетин от грузина, армянин от азербайджанца. Мы и воспринимаем всех именно через эту призму достижений: победитель он или проигравший? Отчего?

Отвечу словами великого Гоголя, потому что у меня самой нет ответа.

«Думаю, все это происходит от того, что мы воображаем, что мозг наш находится в нашей голове, тогда как его приносит ветер со стороны Каспийского моря».