Тема дня

Нагорный Карабах: первые подвижки при посредничестве Москвы

GeorgiaTimes побеседовал с российскими политологами и экспертами.

Феликс Станевский, заведующий отделом Кавказа Института стран СНГ

Дело движется, быстро двигаться оно не может, потому что это очень сложные вопросы, связанные с точки зрения Азербайджана и Армении с вопросами безопасности. Я думаю, сейчас есть надежда на то, что дело будет двигаться несколько быстрее. О том, что в ближайшее время могут быть достигнуты решающие договоренности, говорить не приходится, но за последнее время процесс переговоров явно ускорился. И в этом процессе есть несомненные достижения.

Единственное, что сейчас отчетливо ясно - согласована преамбула, и это хороший знак. Это уже часть договоренностей, положенная на бумагу. Вопреки тому, что думают иной раз, преамбула - это исключительно важная часть документа. Она определяет дух документа, основные направления взаимодействия участников переговоров. Тот факт, что об этом объявил глава МИД России Лавров, свидетельствует об усилиях России в этом вопросе. Встреча в Сочи какую-то подвижку в деле урегулирования даст. Участники, конечно, что-то нам расскажут, но сами положения договоренностей в этих условиях вряд ли будут обсуждаться в СМИ - этот сложный процесс идет в дипломатической нише, которая требует закрытости. Хоть сейчас и не будет объявлено о решающем достижении на этих переговорах, но основания для сдержанного оптимизма есть.

Я не думаю, что на данный момент есть основания говорить о сроках решения проблемы - в такого рода переговорах, где важен каждый пункт, сложности могут возникнуть на любом этапе. Эти сложности могут быть связаны с интерпретацией отдельных положений, достигнутых договоренностей. Это связано и с внутренним развитием каждой страны, мнением оппозиции и так далее.

Уступки Баку и Еревана сейчас находятся в сфере догадок. Это и есть самое сложное в ходе переговорного процесса. Определить, на какие уступки пойдут Азербайджан и Армения - значит решить ход переговоров.

Напряженность между странами возможна. В какие-то моменты мы слышим выступления, тревожащие общественность обеих стран, да и Россию тоже. Но до сих пор получалось так, что стороны могли идти по переговорной линии и не прибегать к оружию. Какие-то мелкие стычки на границах могли быть, но это не выливалось в серьезные военные действия. Так что я очень надеюсь, что этого не будет. Пока оснований говорить о том, что возникнет вооруженный конфликт, нет. Как будет завтра - посмотрим.

Максим Григорьев, директор Фонда исследований проблем демократии

Перспективы, безусловно, есть, но я не думаю, что возможно мгновенное решение этого вопроса. Такого рода проблемы, как правило, решаются не мгновенными действиями, а длительным процессом, причем в этом процессе участвуют те или иные страны-посредники. То, что Россия взяла на себя достаточно тяжелую роль посредника между странами - это крайне важно. Именно с помощью посредничества эти проблемы должны быть решены.

Сложно говорить не только о сроках, но и о решении проблемы, поскольку каждая из стран видит решение вопроса по-своему. Нужно исходить из интересов всех стран, которые представлены. Естественно, надо думать и о самой территории, потому что у жителей самой территории сложилось достаточно четкое и ясное представление о своей судьбе и о своем функционировании.

Если говорить о возможных уступках, то здесь возможен целый спектр решений, но это вопрос достаточно серьезной внутренней проработки, в том числе соглашений между элитами стран.

Я не думаю, что на данный момент, кстати, во многом благодаря России, есть вероятность перехода конфликта в военную фазу. Действия Москвы на просторах СНГ играют стабилизирующую роль, и она в той или иной мере несет ответственность за ситуацию на постсоветском пространстве и ряд вопросов эффективно решает. В том числе и вопрос нагорного Карабаха во многом за счет России удалось вытеснить на данный момент в переговорную область.

Владимир Прибыловский, президент Информационно-исследовательского центра «Панорама»

Я думаю, что на ближайшее время никаких перспектив урегулирования нет. Самое благоприятное, чего можно ожидать, это невозобновления военных действий. Окончательное решение карабахского вопроса - это дело отдаленного будущего и пути к нему совершенно неясны. Может случиться так, что произойдет новая война, а может как-то договорятся мирно, но не скоро.

О сроках урегулирования говорить пока преждевременно. Возможно, если лет через 20-30 произойдет общая европеизация Закавказья и сопредельных территорий, то я бы не исключал решение о совместном управлении, но все это весьма туманно.

Сейчас Баку и Ереван не могут пойти ни на какие уступки. Единственная на данный момент уступка заключается в том, что никто не начинает войну. В отдаленной перспективе Армения может отдать часть территории, прежде всего не входившей в административный Нагорный Карабах в советское время. Впрочем, мне кажется, что Армения и сейчас готова вернуть часть территорий за закрепление остальных, то есть собственно Нагорного Карабаха и Шаумянского района. Но это слишком маленькая уступка, неприемлемая для Азербайджана.

Конечно, Армении нынешняя ситуация выгодна, она пойдет на военные действия только в случае обострения внутренней ситуации для возбуждения патриотических чувств. Что касается Азербайджана, то он хочет вернуть территории, однако его внутреннее положение не позволяет начать войну, потому как перспективы будут не в пользу Баку.