en in english ge ქართულად
 
вторник, 30 мая 2017
Фото
Тема дня

Война и мир на Северном Кавказе

05.09.2012  |  18:38

Война и мир на Северном Кавказе. 28174.jpeg

Министерство обороны Российской Федерации рассматривает возможность участия армейских подразделений в контртеррористических операциях на Северном Кавказе. До сих пор они проводились спецслужбами и силами внутренних войск северокавказских республик. Подключение регулярной армии к процессам в регионе говорит о том, что борьба с вооруженным бандподпольем оказалась безысходной. Но может ли вмешательство военных на самом деле дать положительный эффект?  


Дагестан ждет гражданская война?

Пока никаких официальных комментариев на эту тему не поступало. Информацию распространила "Независимая газета" со ссылкой на источники в военном ведомстве. Причина для изменения формата контртеррористической операции ясна: потери силовиков растут. Уже сейчас они соразмерны показателям начала прошлого десятилетия, когда тут шла война. Поэтому выводы силовиков понятны и просты: внутренние войска и спецслужбы не справляются с ситуацией, которая требует вмешательства армии.

Лучше всего логику военных демонстрирует опубликованное в СМИ мнение генерал-лейтенанта Юрия Неткачева, который имеет большой опыт работы на Северном Кавказе. "Армия, конечно, предназначена для отражения в основном внешней агрессии. Однако активность боевиков, особенно в Дагестане, нарастает, и здесь вполне возможно и даже желательно, чтобы их уничтожением вместе с правоохранительными органами и спецслужбами занимались подготовленные для таких действий армейские подразделения", - считает Неткачев.

У военных простая иерархия ценностей в работе - пришел, увидел, уничтожил. С такими же представлениями на Северном Кавказе работают и МВД, и ФСБ. Статистика потерь, израсходованных при этом финансовых средств и достигнутых результатов показывает, что этот подход, мягко говоря, не сработал. В течение первой половины 2010 года в регионе было зарегистрировано 325 преступлений террористического характера и 413 преступлений экстремистской направленности. За аналогичный период этого года зарегистрировано 432 преступления террористического характера и 447 преступлений экстремистской направленности.

С одной стороны, эта статистика - аргумент для использования в подавлении подполья армейских подразделений. С другой стороны, этот опыт уже есть. В любой российской области проживают сотни и тысячи ветеранов двух чеченских кампаний. Но фактически зона нестабильности на Северном Кавказе расширилась, и теперь она простирается от Чечни до западных границ Кабардино-Балкарии с одной стороны и до каспийского берега - с другой.

Силовики не могут, не умеют и не должны учитывать массу нюансов политического плана, которые делают погоду в регионе. В итоге их намерения покончить с "лесными" привели к расширению подполья, к убийствам ни в чем не повинных людей, а в Дагестане - уже к гражданскому противостоянию. В итоге попытки государства "навести порядок" потерпели идеологическое фиаско. Это значит, что усиливается радикальное исламское крыло, а главное - население региона уже не убедить в справедливости правоохранительной системы государства. В частности, это и активировало разговор о возможности легализации шариатского правосудия как альтернативы официальной правовой системе.

Попробуем разобрать эти нюансы. Начнем с не самого главного - с финансирования. Расходы на антитеррористические кампании растут в геометрической прогрессии. Но чем больше денег тратится на эту борьбу, тем большее число людей, прежде всего - сотрудников правоохранительных органов, погибает в регионе. Правоохранительная система сегодня объективно не способна защитить даже своих. Логика силовиков в данном случае такова: раз нас убивают, значит, нужно еще больше средств для того, чтобы и себя защитить, и дело сделать. В итоге имеется рост расходов, никак не влияющий на результаты. Получается цинично и печально. Чем больше убитых, тем больше оснований для роста бюджета, тем выгоднее - не всей системе в целом, конечно, но отдельным ее механизмам - бесконечное продолжение контртеррористической операции. 

Следующий нюанс - это, условно говоря, социально-культурная составляющая антитеррористической деятельности. Количество правоохранителей из других регионов России, видевших горы Северного Кавказа, уже очень велико. Но эти люди не знакомы с социальной реальностью, культурой и менталитетом региона. Им не положено думать о разных политических и социальных последствиях того, что они делают. Они приезжают выполнить задачу: уничтожить если не все бандподполье, то добиться как можно лучшего результата, что отражается в статистике. Они и делают все для этого: ищут и выявляют участников подполья, не важно, настоящих или мнимых, ведь времени об этом думать у них нет. Находят склады с оружием и проводят спецоперации, когда есть приказ. Потом они покидают регион, нередко оставляя после себя нередко лишь выжженное поле и массу проблем.

Порой оказывается, что не все были боевиками, а среди жертв спецопераций - женщины и дети. Последствия такой антитеррористической деятельности ложатся уже на местные органы правопорядка, к которым у общества, не разделяющего силовиков на "своих" и "чужих", возникает масса претензий. И эти претензии предъявляются, разумеется, уже не в правовом поле.

1
 2

Код для вставки в блог
Добавить в: Добавить в memori.ru Добавить в vaau.ru Добавить в news2.ru Добавить в myweb2.search.yahoo.com Добавить в slashdot.org Добавить в technorati.com Добавить в Magnolia Добавить в Livejournal Добавить в Reddit Добавить в Google
Постоянная ссылка :
Топ видео  
 
Нашли опечатку? Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Система Orphus
Рейтинг@Mail.ru
Rambler's Top100