Аналитика

Иран и Туркмения — друзья поневоле

Туркменистан - северо-восточный сосед и торговый партнер Ирана. Товарооборот между этими странами составляет 3 миллиарда долларов в год. В ближайшем будущем Ашхабад и Тегеран планируют увеличить его до 10 миллиардов. Иранские государственные деятели и бизнесмены - частые гости в Ашхабаде. В связи с международными атаками на Иран, Тегеран заинтересован в поддержке соседа, как никогда.

Туркмения и Иран - не просто соседи. В первую очередь - это выгодные друг другу торговые партнеры. Иран поставляет в соседнюю страну промышленное оборудование и технику, стройматериалы, легковые автомобили и автобусы, свежие фрукты и овощи, электроприборы и бытовую техника, бытовую химию. Туркмения в ответ экспортирует природный и сжиженный газ, нефтепродукты, электроэнергию, текстиль и продукцию животноводства. Торговые отношения между этими странами длятся столько же, сколько дипломатические - 20 лет. Как только Туркмения обрела независимость, она тут же стала объектом повышенного интереса ИРИ. Весной 1992 года Иран поставил сюда тонны овощей, фруктов, сахара, масла и сухого молока в обмен на 100 тонн хлопка. В приграничных городах Люфтабад и Гаудан были учреждены пункты по внешней торговле. Ашхабад получал от Тегерана крупные долларовые займы на закупку иранских товаров. В бывшей советской республике, где вся пахотная земля была отдана под хлопок, хлеб стал, как и вода, на вес золота. Хлопковый бартер с Ираном помог Туркмении миновать угрозу страшного голода.

В дальнейшем страны упрочили свои отношения крупным совместным проектом - строительством железнодорожной ветки Ашхабад-Мешхед-Серахс-Теджен. Открытие движения по этому 320-километровому участку состоялось 12 мая 1996 года. Эта ветка связала Туркмению с иранским портом Бандер-Аббас, крупным транспортным узлом на побережье Персидского залива. Иранцы согласились помогать туркменам в обустройстве инфраструктуры, строительстве новых городов, поселков и прокладке 140-километровой железнодорожной ветки Теджен-Серахс-Мешхед.

В мае 1996 года в маленьком туркменском поселке Серахс встретились президент Казахстана Назарбаев, Туркменбаши Ниязов и президент Ирана Хашеми Рафсанджани. Ими было подписано соглашение о совместном строительстве железной дороги, которую в прессе метко сравнили с Великим шелковым путем. На следующий день после встречи в Серахсе Ниязов, Рафсанджани, и Назарбаев подписали меморандум о строительстве, благодаря которому Казахстан, Туркмения и Иран могли наконец присоединиться к евроазиатской железнодорожной магистрали Ханькоу-Алматы-Ташкент-Серахс-Тегеран-Стамбул-Париж. Планировалось подключить и другого важного партнера - Россию, но из-за ряда причин этот проект был на время заморожен. Вскоре туркмены переключили свое внимание на страны Запада и Турцию.

Иран и Туркмения — друзья поневоле. 26508.jpeg

Валовый национальный продукт Туркмении - это газ, а его по "железке" не повезешь. Стоит сказать, что Ашхабад пробовал заинтересовать своим газом страны Европы и США, искал спонсоров для строительства газопровода. Соединенные Штаты сразу начали вставлять палки в колеса, так как путь туркменского газа пролегал через территорию Ирана. Более того, американцы оказывали давление на страны Западной Европы и на своего ближневосточного союзника - Саудовскую Аравию. Дело в том, что Ниязову во время хаджа удалось встретиться в Мекке с королем Фахдом и заинтересовать его идеей газопровода. Позже Фахд под нажимом Америки отказался от этой мысли. Потом к строительству газопровода подключились турки. В 2002 году Анкара пробовала втянуть Ашхабад в проект Nabucco. Однако туркмены не собирались дожидаться, пока европейцы все утрясут на высшем уровне. Ашхабад предпочел направить свой газ в сторону Ирана и Китая. Эксперты полагают, что это временно. Если туркменский газ вдруг пойдет в Европу, это может ударить по европейским интересам России. "В Китай, Индию и Иран пусть Туркмения идет. Но ей ни в коем случае нельзя строить газопровод через Каспий и далее в Европу. В этом случае Россия рискует потерять свое политическое влияние в Европе", - сказал в интервью GTimes Андрей Грозин, заведующий отделом Средней Азии Института стран СНГ.

Еще на заре туркменской независимости Ашхабад и Тегеран начали вести совместную борьбу против афганского наркотрафика. Стык границ Ирана, Туркмении и Афганистана стал основной караванной тропой наркоторговцев. Через Туркмению наркотики попадают в Иран. Продажа наркотиков в ИРИ карается смертной казнью, из-за этого их стоимость в Иране очень высока. Жажда фантастических доходов у наркобаронов пересиливает страх смерти, и контрабанда продолжается.

Но наркотики - не самая страшная беда, которая приходит из Афганистана. В объятой войной стране находят убежище боевики исламистских организаций. Американское присутствие в Афганистане не только не остановило рост террора, а наоборот, увеличило. Вслед за повышением террористической угрозы в Афганистане над Средней Азией все больше нарастает невидимый колпак НАТО.

Сегодня среднеазиатские государства обеспокоены угрозой военного вторжения в Иран. Особенно переживает по этому поводу Туркмения, ведь она во многом зависит от ИРИ. Дело не только в экономике. Не меняющийся десятилетиями туркменский политический режим, при всех его недостатках, абсолютно независим от воли Вашингтона. Для Запада он феодальный. Но этот феодализм служит тому же Ирану гарантией геополитической стабильности. Туркмения страхует ИРИ с северо-востока. Ашхабад также заинтересован в укреплении режима аятолл, ведь его возможное падение повлияет на Среднюю Азию самым непредсказуемым образом. И тогда феодальный застой периода двух Туркменбаши покажется райским временем. Потому что это время было мирным.