Аналитика

Тбилиси решил смягчить риторику?

В здании парламента на проспекте Руставели вчера разгорелись серьезные споры. Обсуждалась новая стратегия правительства в отношении Абхазии и Южной Осетии.

Камнем преткновения стали «мягкие» термины, которыми пришлось оперировать авторам. В документе нет «преступных марионеточных режимов Кокойты и Багапша», то есть тех штампов, которыми политики прожужжали все уши грузинским обывателям. Предлагалось убрать и термин «оккупация».

Это вызвало недовольсто агрессивно настроенной части депутатов. Они считают, что если называть абхазское и южноосетинское правительство «контролирующими правлениями», как это значится в стратегии сейчас, то это, мол, создаст основания для легитимации непризнанных Грузией государств.

Госминистру по вопросам реинтеграции Темуру Якобашвили пришлось пояснить, что международные эксперты не советуют пользоваться обидными определениями по отношению к тем, с кем предстоит договариваться.

«Кода речь идет об оккупированных территориях, например, проведении инфраструктурных работ, должен существовать кто-либо, с кем грузинская сторона сможет провести эффективные переговоры. Если мы называем человека марионеткой, то беседовать с ним о каком-либо проекте, невозможно», - пояснил Якобашвили.

Министр предложил депутатам самим придумать международный правовой термин, на который можно заменить «контролирующее правление». Пока же документ, расписанный на 9 страницах с подзаголовком «Сотрудничество путем вовлечения» обходит стороной вопросы, связанные со статусом республик.

Однако в нем есть маленькая оговорка о том, что разговор на эту тему должен начаться после вывода российских войск «в формате мирных переговоров» и в контексте возвращения вынужденно перемещенных лиц, передает Civil.ge. Якобашвили признает, что и «оккупация» - неудачный термин для такого рода документа.

Кстати, «оккупация» выходит из моды не только в Грузии. На днях президент Латвии Валдис Затлерс предложил больше не использовать слово «оккупант», так как оно не дает сплотиться латвийскому обществу и избежать деления по национальному признаку. А сегодня стало известно, что в японских учебниках, изданных в этом году, северные острова Курильской гряды уже не называются «оккупированными».

Эти страны тоже пришли к выводу, что в современном мире вопросы нужно решать путем переговоров. Жесткие, а тем более несправедливые ярлыки не способствуют достижению консенсуса.

Тем не менее, в проекте грузинской стратегии остаются пассажи о нерушимости «территориальной целостности и суверенитета Грузии», проведении политики непризнания, необходимости остановки процесса «оккупации со стороны России и о цели полной деоккупации этих регионов».

Еще одна «закавыка» вышла с гражданским статусом людей, которые живут в Абхазии и Южной Осетии. Ранее, как мы помним, правительство Грузии настаивало на том, что все они, по международным законам, - граждане грузинского государства. Это якобы служило доводом против аргумента России о защите своих граждан в августе прошлого года (большинство населения двух республик обменяло советские паспорта на российские).

Теперь же депутаты настаивают на том, чтобы автоматически грузинское гражданство предоставлялось отнюдь не каждому желающему, а только тем, кто проживал в Абхазии и Южной Осетии до 9 апреля 1991 года. То есть они предлагают правительству отказаться от одного из его пропагандистских постулатов.

Если по форме изложения стратегии споры были горячими, то содержание, в общем-то, ни у кого не вызывает недовольства. Хотя идея концепции примирения с Абхазией и Южной Осетией «слизана» у оппозиционных партий после провала «силового варианта» в августе 2008 года.

Все цели, как декларируется в стратегии, Грузия планирует достигать лишь мирными и дипломатическими усилиями, «исключая решение конфликта военным путем». Российские танки, по словам Якобашвили, нужно заменить не на грузинские, а на международные полицейские силы.

Главный же смысл новых предложений в том, чтобы сначала вернуть доверие людей - абхазов, осетин и грузин - друг к другу, реализовывать совместные экономические программы, а уж потом говорить о воссоединении территорий. Эту идею в последнее время активно проводит на практике лидер оппозиционной партии «Движение за справедливую Грузию» Зураб Ногаидели. Он уже начал интенсивно налаживать отношения с Москвой, чтобы снизить напряженность в кавказском регионе.

В концепции, представленной Темуром Якобашвили, предусмотрены такие вопросы, как решение гуманитарных проблем в Абхазии и Южной Осетии и стимулирование совместного бизнеса, расширение торговли между населением, создание возможностей для реализации продукции на международных рынках, поддержка занятости.

Планируется возобновить регулярные автобусные рейсы между «разделительными линиями» (так в Грузии официально называют границы с Южной Осетией и Абхазией), восстановить железнодорожное сообщение, реабилитировать жилые дома, площади, школы, больницы, дороги, ЛЭП и телекоммуникационные линии, упорядочить поставки воды и природного газа.

По словам абхазских лидеров, именно разрушенная экономика страны в большой степени мешает дальнейшему возвращению грузинских беженцев. Теперь Тбилиси это, наконец, осознал. Вот только не поздно ли? Недавно повторно избранный президент Абхазии Сергей Багапш заявил, что с нынешним, замаравшим руки в крови правительством Грузии никакие переговоры он вести не намерен. Позиция югоосетинского лидера Эдурада Кокойты, надо полагать, будет не менее жесткой.

Очевидно, чтобы была реализована эта стратегия, окончательный вариант которой правительство Грузии должно принять до 31 июля будущего года, нужно сделать еще кое-что. Признать вину за прошлогодние действия и отправить в отставку напортачившее руководство, подписать, наконец, всеобъемлющий договор о неприменении силы в регионе. Поскольку красивыми заверениями, на которые никогда не скупились нынешние власти, абхазы и осетины уже сыты по горло.